mod_vvisit_countermod_vvisit_countermod_vvisit_countermod_vvisit_countermod_vvisit_countermod_vvisit_countermod_vvisit_counter
mod_vvisit_counterToday49
mod_vvisit_counterYesterday34
mod_vvisit_counterThis week83
mod_vvisit_counterLast week478
mod_vvisit_counterThis month49
mod_vvisit_counterLast month1087
mod_vvisit_counterAll341107

Online (20 minutes ago): 1
Your IP: 34.237.138.69
,
Now is: 2020-12-01 12:27

Медведев уступил авторитету

– скрытом соревновании за популярность. Результаты этого соревнования легли в основу решения о том, кто из участников тандема будет рулить страной следующие шесть лет. По словам Медведева, договоренность с Путиным о возвращении тому верховной власти существовала давно. Но президент неоднократно давал понять, что не исключает для себя возможности участия в выборах в случае непредвиденных перемен. "А если бы изменились избирательные предпочтения у людей по каким-то причинам? Я должен это учитывать", – объяснил он.


Чуда не произошло: на протяжении всех лет президентства Медведева Путин лидировал по уровню доверия со стороны россиян. Даже когда рейтинги членов правящего тандема начали падать, показатели Путина и Медведева снижались параллельным курсом, при этом Путин неуклонно сохранял превосходство в несколько пунктов. И это абсолютно закономерно: Медведев занял свой пост при поддержке Путина и на протяжении срока своего президентства так и не превратился в самостоятельного политика.

Напомним: в конце 2006 – начале 2007 г. вице-премьер Медведев считался бесспорным фаворитом путинских предпочтений, он лидировал в рейтингах популярности российских политиков (его рейтинг колебался в районе 10%; одновременно 60% россиян выступали за третий срок Путина). Когда в феврале Путин назначил Сергея Иванова первым вице-премьером, уравняв в статусе двух возможных кандидатов, тот быстро догнал Медведева. После 10 декабря, когда Путин наконец определился с преемником, Иванова можно было уже не принимать в расчет: 15-16 декабря кандидатуру Медведева поддерживало около 30% избирателей (и рейтинг продолжал стремительно расти), Иванова – только 5%.

По данным ФОМ, пик популярности Медведева – 59% – пришелся на январь 2010 года. Премьер имел наибольший уровень поддержки – 70% – в III квартале 2009 года. Затем можно наблюдать постепенный спад. Летом 2011 г. зафиксирован максимально низкий уровень доверия россиян президенту и премьеру: о доверии Медведеву заявляли 43% опрошенных, рейтинг доверия Путину достиг отметки 50% – это уровень 2005 года.

Нетрудно догадаться, что на рейтингах отразились в первую очередь финансовый кризис и последовавший за ним экономический спад. Любопытно другое: на них никак не сказались многочисленные попытки Медведева продемонстрировать, что он занимает позицию, отличную от позиции Владимира Путина.

С самого начала Дмитрий Медведев позиционировал себя как сторонника свободы и демократии ("свобода лучше, чем несвобода"). Обещание перемен сквозило в его статье "Россия, вперед!" и в речи на Ярославском форуме в 2009 году. Все ждали, что за словами последуют дела. Однако до радикальных преобразований дело так и не дошло. Зато с конца 2010 года Медведев начал заочную полемику с премьером: он публично одергивал силовиков ("работать, а не пиариться!") и возражал по вопросу о виновности Ходорковского ("Ни президент, ни любое иное должностное лицо, состоящее на государственной службе, не имеет права высказывать свою позицию по этому делу или по какому-то другому делу до момента вынесения приговора").

Пик заочной полемики пришелся на март 2011 г., когда Владимир Путин выразил недовольство резолюцией Совета безопасности ООН по Ливии, давшей возможность коалиции западных стран начать бомбардировки. Премьер назвал документ "неполноценным и ущербным", сравнив его со средневековым призывом к крестовому походу. Между тем Россия при голосовании в ООН по документу воздержалась, так что критика премьера возмутила президента. Нельзя использовать выражения, которые введут к столкновению цивилизаций – типа "крестовых походов", возмущался глава государства.

Впрочем, такого рода "стилистические" различия – для посвященных. В глазах рядового избирателя имидж складывается из других деталей. У Медведева имидж интеллигента, либерала и продвинутого интернет-пользователя: он не расстается с "айпадом", пишет в твиттер, любит поговорить про модернизацию и периодически грозит карами чиновникам, которые не исполняют его распоряжения. Путин постоянно поддерживает имидж "человека действия": мочит террористов в сортире, обнимается с тиграми, охотится на китов и рулит всем, что движется – от истребителя до "Лады-Калины". Но, помимо этих эффектных жестов, он владеет навыками общения с бюрократией, а это будет потруднее, чем в клетку с тигром войти. Например, премьеру в голову не придет демонстрировать подчиненным признаки слабости, даже если речь идет просто о низкой исполнительской дисциплине. Между тем в российских условиях именно административный ресурс во многом определяет результат выборов. Так что исход негласного кастинга на президентскую роль был вполне предсказуем: за четыре года пребывания у власти Медведев не смог превратиться в самостоятельного политика, завоевавшего народную любовь и опирающегося на поддержку элит. И вряд ли стоит его упрекать за добровольный отказ от борьбы – бороться было, собственно говоря, и не за что. Разумеется, если не брать в расчет небольшие стилистические отличия.

Статья добавлена с сайта www.utro.ru

 

Body
Background Color
Top
Background Color
Text Color
Link Color
Background Image
Bottom
Background Color
Text Color
Link Color